Моральный кодекс песня новая

«Каждая из строк, — пишет Корчагин, — имя некой ситуации, но что скрыто за этими именами, в конечном счёте остаётся неизвестным. Так, Кирилл Корчагин в предисловии к последней книге стихов Жагуна «Тысяча пальто» разбирает следующий текст: гарантия неприкосновенности чёрный на чёрном — исход плодородия. Перед нами, кажется, лукавство, рассчитанное на неискушённого читателя: в конце 1970-х никакого постконцептуализма ещё не существовало, а главным приёмом соц-арта, как мы знаем, было присваивание клише, помещение его в иронический контекст. Гораздо мягче эта тема обозначена в «Одиночке», героиня которой — «повзрослевшая дочка» — прощается с «принцессами и гномами» накануне какого-то важного события. Мнения авторов опубликованных материалов могут не совпадать с позицией редакции. Получился рафинированный сборник без двойного и тройного дна. Былина «Ясный сокол», электронный шансон «Матросы», тяжелый фанк с конструктивистским текстом «Бетонная печаль» и агрессивный гитарный попс «Хочу любви», скорее всего, такого будут раздражать. Здесь уместно задаться вопросом о том, существует ли в профессиональном понимании Жагуна стилистическая шкала, грубо говоря, «от простого к сложному». Я только там, Где звук дрожит у губ желанной пристани, И где глаза твои стрижи, И где глаза твои стрижи скользят по небу пристально. Это из книги «Письмо 2.

Кто с грустью говорит о том, что дочка похожа на мать, — зашедший в её комнату отец-вдовец? Пару лет назад вышел сборник лучших любовных песен «Морального кодекса» «Где ты», включивший самые проникновенные баллады с этого диска. Не спеши, побудь со мной ещё немного, — потерять гораздо легче, чем найти, или даже: Таганка, — девчонка-хулиганка, люблю твои вечерние огни. Московская осень 3:26 16. Эффект удачного пуанта в последней строфе «Я только там, где нет меня» , к сожалению, испорчен банальным выводом «Ты знаешь, без тебя и дня прожить нельзя мне» и сомнительной рифмой «невидимый — видимо», которая, помимо тавтологичности, рождает неуместную ассоциацию с разговорным «видимо-невидимо», — впрочем, всё это можно понимать и как ироническое снятие пафоса. Я только там, Где ты порой на дверь глядишь с надеждою, И, как ребёнок, с детворой, И, как ребёнок, с детворой ты лепишь бабу снежную. Я выбираю тебя 07. Я вернусь, ты так и знай.

Это нужно: Моральный кодекс песня новая - добавлено по просьбе Menzia Axmetova .

Не уходи 3:52 18. Но ещё интереснее этот вопрос экстраполировать на всю сферу русской поп-музыки — как и вопрос соотношения этой сферы со сферой интеллектуальной словесности. «Новая коллекция» дает возможность перетрясти в памяти старые песни, которые были еще лет 20 назад, и посмотреть историю движения «Морального кодекса». Жагун не ставит своей целью сделать смысл сообщения несчитываемым: он делает путь к смыслу непрямым, требует читательского усилия. К слову, и герметичность текстов Жагуна-1, возможно, преувеличена, хотя выпуск смысловых звеньев способен запутать и опытного критика. Может, днём, а может, ночью, ты меня не забывай, или: Да, у каждого из нас своя дорога, и я не встану на твоём пути. Новая коллекция Формат: MP3, tracks, 320kbps Год выпуска: Страна: Russia Жанр: Продолжительность: 01:16:51 Описание: Tracklist: 01. Песня написана Сергем Мазаевым в соавторстве с бессменным композитором и гитаристом группы Николаем Девлет-Кильдеевым на стихи лидера группы «Бахыт-Компот» Вадима Степанцова.

Лирический герой первой песни в день рождения своего отца кладёт «на папин подоконник» семнадцать роз — сентиментальность этого жеста в контексте традиционных, подчёркнуто маскулинных отношений «отец-сын» выглядит странной, но загадка раскрывается в третьем куплете, когда становится ясно, что отец мальчика умер; число же семнадцать обозначает возраст самого мальчика, которому никто не может заменить отца. Топчешь свой циферблат и всё чаще пытаешься влезть в коробок из-под спичек, где майский отмаялся жук. Так и Жагун-1 способен написать, например: Вот и кончился дождь. В твоих глазах 3:55 04. Кто в сборе — живущие во сне, пришедшие в последний раз, провожающие детство героини принцессы и гномы? Опыт серьёзного письма о поп-текстах у нас вообще очень мал навскидку назову только эссе Алексея Шепелёва о песнях группы «Тату»; в последнее время интересные статьи о поп-музыке появляются на сайте «Афиша—Воздух».

Вот и я хотел и не поспал. При этом если тексты «первого Жагуна» неоднократно становились предметом критического и литературоведческого анализа, то о текстах «второго Жагуна» в профессиональном литературном сообществе всегда говорилось вскользь, и диапазон мнений можно уместить между рассуждениями о возможностях заработка для поэта и признанием того, что среди российских поп-текстовиков Жагун — один из наиболее грамотных. Самому Жагуну однажды пришлось выступить с шутливым автокомментарием — не к герметичным текстам «In4» и не к формальному эксперименту «Carte Blanche», а к одной из самых известных своих песен. Начинающийся с традиционной, почти формульной сентиментальной экспозиции «За окном звенит апрель. Жагун — желанный гость как на поэтическом вечере в малонаселённом клубе, так и на светском приёме с участием звёзд шоу-бизнеса.

Также смотрите:

Комментарии:
  • Оксана Редчук

    13.12.2015

    В книге «Я выбираю тебя», за исключением одного раздела, о котором позже, преобладают тексты «стёртые», максимально доходчивые; о многих можно сказать, что их мог бы написать кто угодно. Немаловажно и то, что в этом случае тексты, по всей вероятности, были в отличие от общепринятого в поп-музыке первичны, предшествовали музыке; с полной уверенностью это можно утверждать о стихах, которые исполняет гитарист «Морального кодекса» Николай Девлет-Кильдеев: большие астры и шмели с золотыми спинками предчувствие эха в коридорах пропахших краской контакты не окисляются пока они детские не надо думать что говорить слова рождаются сами на фоне акаций На «сверхвовлечённость» автора в проект «Морального кодекса» указывает и то, что книга Жагуна называется «Я выбираю тебя» — по песне именно этой группы. Былина «Ясный сокол», электронный шансон «Матросы», тяжелый фанк с конструктивистским текстом «Бетонная печаль» и агрессивный гитарный попс «Хочу любви», скорее всего, такого будут раздражать.